Чехов «Хамелеон»: смена мнения Очумелова

Представь обычный воскресный базар: скрипят палатки, пахнет съестным, и вдруг — крик. Собака укусила человека за палец, вокруг собирается толпа, и все ждут: кто прав? Казалось бы, пустячное дело на пять минут. Но именно на таком пустяке Антон Павлович Чехов построил рассказ, который заставляет смеяться и неуютно отводить взгляд — потому что в толпе легко узнать людей из любого времени, включая наши дни.

Антон Павлович Чехов (1860–1904) начал писать в юности как автор коротких юмористических рассказов: он печатался в журналах «Стрекоза» и «Осколки» под псевдонимом Чехонте. Рассказ «Хамелеон» напечатан в журнале «Осколки» в 1884 году. Короткая форма — фирменный жанр Чехова: за две страницы он умел показать целое явление жизни.

Сюжет: собака, палец и толпа

Действие занимает несколько минут. Через базарную площадь идёт полицейский надзиратель Очумелов в новой шинели, за ним — городовой Елдырин с решетом, доверху наполненным конфискованным крыжовником. Навстречу — толпа: золотых дел мастер Хрюкин с поднятым окровавленным пальцем утверждает, что его укусила собака. Очумелов приступает к разбирательству — и начинается самое интересное. Толпа у Чехова — живой персонаж: она то находит свидетелей, то шепчет слухи, то меняет мнение вместе с начальством, а в финале хохочет над Хрюкиным, будто ничего не произошло. Заметь: показаний нет, дело разбирается на слух, на глазах у всех — и в этом его угрожающая лёгкость: любое слово о «высоком знакомстве» меняет приговор.

Через базарную площадь идёт полицейский надзиратель Очумелов в новой шинели и с узелком в руке. За ним шагает рыжий городовой с решетом, доверху наполненным конфискованным крыжовником.

А. П. Чехов, «Хамелеон» (начало)

Первый вердикт Очумелова суров: собака, судя по всему, бродячая — значит, её надо истребить, а хозяина наказать. Он уже распоряжается громко и уверенно: пострадавший — свой человек по званию, а бездомный пёс — заведённый порядок. Но в толпе кто-то сообщает: собака, кажется, принадлежит генералу Жигалову. И вот тут происходит то, ради чего написан рассказ.

Очумелов мгновенно меняется. Он требует снять с него шинель: «что-то жарко». Вердикт перевёрнут: собака теперь «дорогая, породистая», а виноват сам Хрюкин — зачем-то сунул палец. Толпа шепчет новое сообщение: может, и не генеральская… — и Очумелову уже «ветром подуло»: он велит надеть шинель обратно и снова объявляет пса бродячим. Наконец генеральский повар Прохор подтверждает: собака принадлежит брату генерала, недавно приехавшему в гости. Финальный вердикт: собачонка «ничего себе», а Хрюкина — наказать, пса — отнести к генералу.

Четыре поворота мнения

Шинель работает в рассказе как термометр настроения: то «жарко», то «ветром подуло» — тело начальника честнее его слов. Заметь: мнение Очумелова не зависит ни от укуса, ни от справедливости, ни от показаний — только от того, кто хозяин собаки. Правосудие в рассказе меняется вместе с чином.

Чтобы понять силу этого смеха, вспомни, как было устроено общество того времени. Полицейский надзиратель зависел не от закона, а от расположения высоких лиц: пожаловаться на него было некому, а перед генералом он — мелкая фигура. Хрюкин и толпа, в свою очередь, зависят от Очумелова. Получается лестница, где каждый следующий обходит и оскорбляет предыдущего: собака кусает человека, начальник «кусает» пострадавшего, чин генерала «кусает» надзирателя через одно только слово. Чехов снимает эту лестницу в одной сценке — и лестница падает вместе с ними.

У генерала собаки дорогие, породистые, а эта — чёрт знает что! Ни шерсти, ни вида… подлость одна только.

А. П. Чехов, «Хамелеон» — слова Очумелова

Хамелеонство как имя порока

Заглавие рассказа — перенос смысла. Хамелеон — ящерица, меняющая цвет под цвет веток, на которых сидит. Очумелов меняет не цвет кожи, а мнение и голос: под каждым новым сведением о хозяине он — другой человек. Отсюда нарицательное слово: хамелеонство — быстрая смена взглядов ради выгоды, угодливость перед сильным и строгость к слабому. Чехов не произносит этого слова в тексте — его произносит сам сюжет.

Здесь важно отличать два вида смеха. Юмор — добрый смешок над нелепостью: решето с крыжовником, городовой с рыжей шевелюрой, суета вокруг пустяка. Сатира — злой смех над пороком: она не развлекает, а обличает чинопочитание, когда человек готов унижаться перед чином и топтать того, кто ниже. В «Хамелеоне» юмор приманивает читателя, а сатира удерживает: смеёмся над Очумеловым — и понимаем, что смеёмся над явлением, которое живёт и вокруг нас.

Проверь это на собственной жизни. Ученик, который хвалит работу товарища, пока её не похвалил учитель, а потом мгновенно переходит на сторону оценщика, ведёт себя как маленький хамелеон. Взрослый, меняющий мнение после того, как вошёл начальник, — тоже. Чехов не произносит мораль словами — он оставляет её читателю: если после короткой сценки тебе неловко за Очумелова и за толпу, которая молча согласна со всем, значит, рассказ сделал своё дело. Именно поэтому маленький рассказ стал большим событием: имя «хамелеон» закрепилось за явлением в самом языке.

Хамелеонство#

смена мнений и поведения ради выгоды

Сатира#

злой смех, обличающий порок

Юмор#

добрый смех над нелепостью

Полицейский надзиратель#

начальник полиции уезда, следит за порядком

Городовой#

нижний чин полиции, помощник надзирателя

«Осколки»#

юмористический журнал, где напечатан рассказ в 1884 году

«Хамелеон» длиной в одну сцену, а прожил уже сто сорок лет: словом «хамелеон» и сегодня называют людей, меняющих мнение в зависимости от начальства. Пройди квиз и тренажёр: проверь, помнишь ли ты всех участников базарной сцены, различаешь ли повороты мнения Очумелова и умеешь ли отделять юмор от сатиры.

Подсказка: клавиши J — следующая тема, K — предыдущая, на телефоне: свайп влево/вправо — соседняя тема